Олег Вите - психоанализ (olegwhite) wrote,
Олег Вите - психоанализ
olegwhite

This journal has been placed in memorial status. New entries cannot be posted to it.

Categories:

Эволюционная лингвистка и психоанализ

    Некоторые специалисты по эволюционной лингвистике утверждают, что в процессе смены древних языков языками современными происходила более или менее выраженная трансформация порядка слов. Сильно упрощая, эту трансформацию можно передать следующим образом: переход от архаичного порядка ‘Subject –> Object –> Verb’ (SOV: субъект-объект-действие) к современному порядку ‘Subject –> Verb –> Object’ (SVO: субъект-действие-объект).
    Для коротких предложений этот переход выглядит так: если древние говорили ‘ты варенье без спросу съел’ (вариант: ‘ты без спросу варенье съел’), то наши современники предпочитают ‘ты съел без спросу варенье’ (вариант: ‘ты съел варенье без спросу). Вышеназванные специалисты по эволюционной лингвистике считают этот переход (перемещение глагола/сказуемого вперед, к началу предложения) очень важным эволюционным достижением, хотя такая оценка не выглядит слишком убедительной на примере коротких предложений. Но если показать SOV на примере длинного предложения, ценность перехода к SVO становится очевидной.
    Оговорюсь. Разумеется, нет даже самых современных, использующих SVO, языков в самых развитых странах мира, не сохранивших традиции более или менее широко использовать при случае SOV. Наиболее сильно SOV (глагол/сказуемое в конце предложения) представлен в современных японском, турецком (соответственно, татарском) и ряде других языков.
    Но для европейского, шире — североатлантического, уха (и глаза) самым ярким примером архаизмов SOV остается немецкий язык. Марк Твен, воспитанный на английском SVO, постарался. Ему и спасибо!
Приведу цитату из статьи (2008) современного эволюционного лингвиста Бернара Бичакджана:

    «Со свойственным ему юмором, а равно и с завидной наблюдательностью, Марк Твен определил проблему, которую создает порядок слов[…] при понимании немецкого предложения. Он приводит следующий пример, который, быть может, несколько перегружен, но ни в коем случае не может считаться нетипичным:
    Wenn er aber auf der Straße der in Sammt und Seide gehüllten jetzt sehr ungenirt nach der neusten Mode gekleideten Regierungsräthin begegnet...
    “Когда же он на улице (в-шелку-и-бархате-щеголяющую-и-крикливо-по-последней-моде-разодетую) государственную советницу встретил”»

    Бичакджан продолжает: такие лингвистические структуры «перегружают рабочую память говорящего, который должен вызвать в памяти глагол, но держать его в резерве до тех пор, пока не будут построены и произнесены все его зависимые и зависимые этих зависимых.[…] Но еще более трудна задача слушающего, поскольку он не знает, какой глагол держит в уме говорящий, и ему приходится держать в памяти каждую деталь, чтобы суметь интерпретировать все, когда глагол будет произнесен»

    Теперь пора от абстрактных высот эволюционной лингвистики повернуться к психоанализу, к его конкретной повседневной практике.
    Нередко приходится встречаться с людьми, которые ощущают себя не вправе выразить недовольство кем-либо, сказать «нет» другому человеку или попросить его о чем-то. Обычно подобное «поражение в правах» касается только близких и на посторонних не распространяется.
    Этот синдром хорошо известен практикующим психологам вообще и психоаналитикам, в частности. Однако важная «лингвистическая» составляющая указанного синдрома до сих пор, по-видимому, остается незамеченной: в устной речи таких людей можно наблюдать повышенную долю сложных, порой, запутанных предложений, построенных по модели SOV и напоминающих приведенную выше цитату из Твена.
    Другими словами, описанный «синдром поражения в правах» в большинстве случаев сопровождается регрессией к более архаичному порядку слов устной речи.
    Подобная архаизация устной речи особенно заметна во время психоаналитической сессии, в момент, когда пациент облекает свои мысли в слова, т.е. в момент построения фразы.
    В своем практическом опыте я сталкивался с такой архаизацией множество раз. Происходит это так:
  1. Пациент хочет вербализовать пришедшую в голову мысль. Например, сказать о конфликте с коллегой по работе и своем недовольстве последним.
  2. Пациент называет субъекта действия, например, говорит «он…», — как и в примере Твена. На подходе, в очереди на вербализацию глагол, действие, например, «он забыл…» (про обещание, данное мне); в примере Твена — «встретил».
  3. Однако вместо произнесения глагола возникает пауза: некий внутренний голос напоминает пациенту о его «поражении в правах», о чем он «чуть не забыл». Это интернализованное напоминание блокирует моторный механизм произнесения намеченного слова.
  4. Пациент берется за срочное исправление намеченного плана вербализации, — чуть было не приведшего к роковой ошибке…
  5. Реализация исправленного плана сводится к тому, что между субъектом «он» и названием действия «забыл…» вставляется длинный текст, напоминающий Твена: в-шелку-и-бархате-щеголяющую-и-крикливо-по-последней-моде-разодетую. Вставленный текст должен как-то примирить желание выразить злость, обиду и т.п. с реальностью «поражения в правах». Текст обычно включает перечисление «объективных причин», оправдывающих внутренний разлад между желаниями и реальностью. В зависимости от психических особенностей пациента и состояния здесь-и-теперь, текст будет либо оправдывать пациента (субъект), «позволившего себе…», либо коллегу пациента по работе (объект), который, разумеется, имел право забыть и т.п.
    Удивительное дело, но в описанной ситуации термины субъект и объект в одинаковой мере уместны и для лингвиста, и для психоаналитика…

    По своему опыту могу сказать, что в зависимости от своего собственного состояния, я реагирую на такие маневры либо доброжелательной улыбкой и терпением, либо старательно скрываемым раздражением героя Твена: «читатель (или слушатель) вынужден “добираться как знает в потемках до отдаленного глагола” и может выяснить, “о чем, собственно, речь”, только по достижении последней синтаксической единицы».

Дополнение см. здесь
Tags: психоанализ, эволюционная лингвистика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 29 comments