Category: медицина

Category was added automatically. Read all entries about "медицина".

Эволюционная лингвистка и психоанализ

    Некоторые специалисты по эволюционной лингвистике утверждают, что в процессе смены древних языков языками современными происходила более или менее выраженная трансформация порядка слов. Сильно упрощая, эту трансформацию можно передать следующим образом: переход от архаичного порядка ‘Subject –> Object –> Verb’ (SOV: субъект-объект-действие) к современному порядку ‘Subject –> Verb –> Object’ (SVO: субъект-действие-объект).
    Для коротких предложений этот переход выглядит так: если древние говорили ‘ты варенье без спросу съел’ (вариант: ‘ты без спросу варенье съел’), то наши современники предпочитают ‘ты съел без спросу варенье’ (вариант: ‘ты съел варенье без спросу). Вышеназванные специалисты по эволюционной лингвистике считают этот переход (перемещение глагола/сказуемого вперед, к началу предложения) очень важным эволюционным достижением, хотя такая оценка не выглядит слишком убедительной на примере коротких предложений. Но если показать SOV на примере длинного предложения, ценность перехода к SVO становится очевидной.
    Оговорюсь. Разумеется, нет даже самых современных, использующих SVO, языков в самых развитых странах мира, не сохранивших традиции более или менее широко использовать при случае SOV. Наиболее сильно SOV (глагол/сказуемое в конце предложения) представлен в современных японском, турецком (соответственно, татарском) и ряде других языков.
    Но для европейского, шире — североатлантического, уха (и глаза) самым ярким примером архаизмов SOV остается немецкий язык. Марк Твен, воспитанный на английском SVO, постарался. Ему и спасибо!
Collapse )

Дополнение см. здесь

Свободные ассоциации в психоанализе и психоаналитическое психотерапии

Ниже приведен (с небольшими сокращениями) текст главы 13 из книги Антона Криса (1996, 2-е, исправленное и дополненное издание) «Свободные ассоциации. Метод и процесс» (М., «Когито-Центр», 2007). В этой главе проводится полезное сопоставление двух указанных разновидностей психоаналитической практики.

      Здесь я хотел бы выбрать в качестве параметра, который поможет провести черту между психоанализом и близким ему видом психотерапии, то, как компоненты психоаналитической ситуации способствуют развитию свободных ассоциаций. В своих рассуждениях я исхожу из того, что, несмотря на то, что концептуально мы проводим границу между психоаналитической психотерапией и психоанализом, тем не менее эти два подхода обладают общими и весьма существенными чертами, а именно: особое значение метода свободных ассоциаций, требование нейтральности и анонимности психотерапевта, а также место, которое занимает терапевтический процесс. Я не считаю, что психоаналитическая психотерапия является упрощенным вариантом психоанализа, однако при пересечении демаркационной линии, отказавшись или изменив некоторые существенные условия психоаналитической работы, необходимо найти какие-то новые средства для развития терапевтического процесса.
      Меня будет интересовать влияние на метод свободных ассоциаций двух параметров аналитической ситуации: это (1) частота сессий и (2) использование кушетки, когда аналитик находится вне поля зрения пациента. При этом предполагается, что другие важные условия аналитической работы: конфиденциальность, разумная сдержанность аналитика в своих реакциях, а также необходимая продолжительность сессий (обычно составляющая 50 минут) — соблюдены.
Collapse )
  К теме свободных ассоциаций я еще вернусь...

Психоаналитическая помощь и помощь медицинская

По просьбе одной пациентки привожу выдержки из двух глав книги финского психоаналитика Вейкко Тэхкэ «Психика и ее лечение: психоаналитический подход», посвященные изложению главной, на мой взгляд, задачи психоанализа — возобновлению задержанного (по тем или иным причинам) психического развития. Надеюсь, приведенные ниже рассуждения, будут полезными для многих читателей, включая тех, кто размышляет: не пойти ли к психоаналитику?

      Медицинское лечение, так же, как и многие формы психотерапии, обычно направлено на немедленное снятие боли и страданий с быстрым устранением беспокоящих симптомов, что не всегда можно сказать о психоаналитическом лечении. Несмотря на то, что в большинстве случаев личные страдания заставляют пациента прибегнуть к психоаналитическому лечению, быстрое снятие психического дискомфорта и симптоматическое улучшение его состояния могут не способствовать, а иногда и мешать достижению целей лечения.
      Можно возразить, что медицинское лечение и терапевтические процедуры также могут быть болезненными, и долговременными, приносящими значительные страдания и требующими активного сотрудничества со стороны пациента до того, как можно будет ожидать улучшения в его состоянии. Однако даже в этих случаях цель медицинского лечения остается той же: уменьшение или устранение беспокоящих симптомов. В отличие от усилий медицины, направленных на восстановление здоровья или хотя бы создание условий, при которых страдания минимальны, психоаналитическое лечение не стремится в первую очередь восстановить прежнее, менее болезненное и менее симптоматическое состояние, но вместо этого, борется за начало определенного нового развития в индивиде (задержанного из-за каких-то патогенных или травматических факторов).
Collapse )

Психоанализ по скайпу: каковы особенности?

Похоже, мне нужно было набрать опыт работы по скайпу под 1000 часов, чтоб понять реальные отличия такой формы психоанализа...

  В психоаналитической работе важное место занимает способность аналитика выдержать агрессию пациента, направленную на ранние родительские фигуры, но смещенную в рамках переноса на аналитика (см., например, здесь и здесь). Польза двоякая: во-1-х, пациент обнаруживает, что спрятанные агрессивные переживания, которые, как он (пациент) считал когда в раннем возрасте их прятал смертельны для любого нормального человека, а, следовательно, их и дальше нужно прятать, вовсе не такие смертельные а значит, их можно исследовать, не опасаясь конца света; во-2-х, как показал Винникотт ("Использование объекта"), неудача попыток пациента разрушить аналитика своей агрессией убеждает первого, что второй не клубок проекций первого, но отдельная реальная личность.
Мой опыт работы по скайпу привел меня (буквально-таки на днях) к важному выводу: смещение на аналитика агрессии, связанной с родительскими фигурами эдипального периода (т.е. периода конкуренции за материнскую любовь), крайне затруднено. Для смещения в любом случае нужен повод. Работа в живую таких поводов предоставляет массу: пациент может видеть других пациентов до или после своего времени у аналитика.  Этого почти всегда достаточно для возникновения ревности-агрессии и, соответственно, для ее исследования на сессиях.
  При работе по скайпу такое невозможно.
  По-видимому, остается только путь анализа ситуаций детской конкуренции в условиях смещения агрессии на друзей, близких родственников и т.п.

  Буду рад знакомству с личным опытом моих коллег

Еще раз про любовь...

Это прямое продолжение предыдущего поста: "Просто любовь и любовь за правильное поведение"
  Теперь — из собственной практики...

  Я давно уже пришел к выводу, что отсутствие доверия к себе (= к собственной спонтанности) делает невозможным и доверие к другим так сказать физическим лицам. А потому приводит ко многим сложностям в собственной жизни. Два примера из практики последних недель.
  1. Пациентка А. после обсуждения на нескольких сессиях проблемы доверия говорит в конце сессии немного смущаясь: "У меня есть вопрос". Я говорю: " Да, конечно". Она говорит: " А зачем вообще людям доверять?" Не скрою, сильно растерялся. Сказал: "Хороший вопрос! Вы первая, кто мне его задал. Надо подумать..."
  А подумав, сказал так: "Чтобы обрести возможность чаще и сильнее радоваться жизни"
  2. Пациентка Б. (работаем по скайпу, не москвичка) также после обсуждения на нескольких сессиях проблемы доверия рассказывает о разговоре с мужем. Она: Тебе, наверное, плохо со мной, я редко бываю веселой. Он: Ну что ты, я люблю тебя всякой — и веселой, и грустной. Затем, уже обращаясь ко мне, она говорит: " Как я могу ему доверять! Зачем так врать! Как можно любить невеселую!"
  Когда я понял, насколько эти слова были искренними и серьезными, мне стало смешно и я нашел форму, как ей об этом сказать...
Продолжение темы см.: http://olegwhite.livejournal.com/22920.html

Новая книга о психоаналитической технике

      Полгода назад в русском переводе появилась довольно-таки новая книга американского психоаналитика турецкого (Кипр) происхождения Вамика Джемаля Волкана: «Расширение психоаналитической техники. Руководство по психоаналитическому лечению» Книга впервые опубликована на английском языке в 2010 году лондонско-стамбульским издательством «Oa Publishing» (2-е издание в 2011).
      В книге можно найти много чего интересного, и я буду знакомить с ее содержанием читателей моего ЖЖ. Начну с главы пятой: «Первоначальная терапевтическая коммуникация». Приведу выдержки, касающиеся только двух тем из затронутых в данной главе:
(1) самые ранние формы интерпретации
(2) влияние поведения пациента и аналитика на дистанцию между ними

   Collapse )

О пользе ошибок в проявлениях чуткости: продолжение темы

Начало темы см. здесь

Хочу поделиться другими опубликованными примерами ошибок аналитика и их использования (или не использования) в процессе психоанализа, которые я обнаружил.
    Уругвайский психоаналитик Стелла М. Ярдино представила (2008) случай своей работы с пациентом по имени Игнасио:

«Первый период анализа был посвящен детально разработанной “официальной” истории его жизни, населенной “чудовищными” образами: отец-тиран, холодная мать и созвездие вторгающихся и очень соблазняющих женщин — бабушек, теток, кузин и служанок, среди которых он провел свое детство и отрочество.
Невзирая на сильные прилагательные, которые использовал Игнасио, он не выказывал никаких признаков тревоги или иных аффектов, за исключением гнева. Такой ригидный контроль эмоций сохранялся в течение длительного времени его анализа, дела этот процесс особенно тяжелым. Его враждебность выражалась также в постоянном вызове правилам сеттинга: он опаздывал, пропускал сессии без предупреждения и часто забывал вовремя платить.<…>
Негативный перенос был постоянной величиной, и мои переживания в контрпереносе вращались вокруг чувств раздражения, безнадежности и усталости».

    Затем Ярдино рассказывает о ситуации, возникшей на третьем году анализа Игнасио, который изменил тип переноса и расширил свободу аналитической работы:

«Однажды в четверг, после двух последовательных отсутствий¸ когда я, как обычно, ждала его, через 35 минут от начала сеанса я решила уйти. Я подумала тогда, что он снова не придет; он был моим последним пациентом в этот долгий и напряженный рабочий день; к тому же, вероятно, сыграли свою роль и предыдущие “долгие ожидания”. Уже выйдя на улицу я заколебалась. Я знала, что из-за склонности к контролю он способен прийти за пять минут до конца сеанса, однако все же не изменила своего решения.
Той ночью я проснулась от тревожного сна, из которого помнила лишь, что я потеряла сына — во сне это был маленький мальчик — в супермаркете. Он отпустил мою руку, сбежал, и я потеряла его из виду.
Проснувшись в состоянии волнения и вины, я поняла свой парапраксис: на самом деле я ушла в начале сеанса, а не в конце, как я думала. В этот день сеанс начинался не в 8, как остальные его сеансы, а в 8:30. Бессонные часы, последовавшие за этим осознанием, были посвящены интенсивной внутренней работе в попытке понять случившееся».

      Обсуждение случившегося на следующей сессии существенно отличается от парапраксиса, описанного Кейсментом: у последнего пациент открыто выражал свое недовольство поведением аналитика; у Ярдино пациент, напротив, вначале не хотел вообще признавать, что аналитик его оставила. См. Стелла М. Ярдино. Брейк-пойнт (точка перелома): особый момент в переносе // Международный психоаналитический ежегодник. Второй выпуск. 2011. М., 2012, с. 45-52.

      Еще один пример ошибочного поведения, который я нашел в литературе, является примером того, как аналитик отказался признать свою ошибку, тем самым лишив себя возможности использовать ситуацию для более глубокого понимания бессознательных мотивов поведения пациента. Случай этот привел Рудольф Лёвенштейн (1951):
«Вот пример исключительной бестактности, который один пациент сообщил о своем бывшем аналитике. Однажды этот пациент увидел сигару аналитика, спокойно догорающую на полу. Пациент кашлянул, чтобы разбудить аналитика. На высказывание пациента о том, что аналитик спал, последний ответил: «Вам всегда хочется чьего-то внимания». В отношении пациента это была чистая правда, однако в тот момент выражение этого факта не могло оказать благоприятного влияния (прежде всего потому, что пациент в любом случае должен оставаться объектом внимания со стороны своего аналитика, а также по той причине, что аналитик неправильно использовал свое правильное наблюдение для того, чтобы загладить свою вину перед пациентом)». См.: Лёвенштейн Р.М. Проблемы интерпретации // Антология современного психоанализа. Т.1. М., 2000, 152.
***
    Со времени публикации моего поста «О пользе ошибок…» я все больше склоняюсь к выводу о некорректности термина «ошибка (парапраксис) психоаналитика» для описания ситуаций, приведенных в том посте (и в нынешнем его продолжении). Вот основания для такого вывода.
      (1) Описание ситуации как ошибки аналитика оставляет ощущение односторонности. Если описать проблему в более общем виде, все становится на свои места: нарушение контакта, взаимодействия, коммуникации между двумя: матерью и младенцем, психоаналитиком и пациентом.
      (2) Нарушение коммуникации имеет два источника — мать (аналитик) и ребенок (пациент). Если мы говорим «ошибка», то только по отношению к материнской фигуре и, соответственно, к аналитику. Ребенок и пациент имеет «право на ошибку», мать и психоаналитик — нет. Если мы говорим о нарушении контакта, мы не забываем и тех нарушителей, кто «имеет право на ошибку»…
      (3) Вклад аналитика (матери) в нарушение коммуникации обычно описывается как нарушение общепринятых правил, вклад пациента (ребенка) — как симптомы психопатологии. Такая односторонность невольно ведет к представлению, что успех психоанализа определяется не взаимодействием между аналитиком и пациентом, но работой аналитика с самим собой, со своими ошибками. В лучшем случае добавляются отношения с супервизором…

Если дети играют в доктора, почему бы им не играть в психотерапевта?

Чего только не придумают люди в обществе потребления!
«Если дети играют в доктора, то почему бы им не играть в психотерапевта? Мартин Киттштейнер из Гамбурга придумал необычную серию мягких игрушек: это животные, которые страдают психическими заболеваниями. Среди них есть овечка с раздвоением личности, черепаха в депрессии и крокодил, которого мучает необъяснимая водобоязнь». Далее см. здесь (по ссылке можно прочесть интервью с Киттштейнером).
На сайте создателя игрушек можно узнать много интересного (есть перевод на русский). Включая такие инструкции:

Collapse )

О пользе ошибок в проявлениях чуткости: Карл Хайнц Бриш и Патрик Кейсмент

Появившаяся в первое десятилетие XXI века литература (и уже переведенная на русский язык) позволяет провести очень ценное сопоставление, затрагивающее парадоксальную проблему, а именно, полезность непреднамеренных ошибок в двух видах диадных взаимодействий: мать-дитя и психоаналитик-пациент. Привожу второй фрагмент из книги Бриша (первый см. здесь) и выдержки из книги Кейсмента — с небольшими комментариями.

Бриш пишет:

«Младенцы не только воспринимают чуткость значимых для них взрослых на уровне поведения в конкретной ситуации ухода и формируют по отношению к ним надежную привязанность, но и благодаря эмпатийной вербализации состояний аффекта чувствуют себя понятыми, пусть даже по уровню своего развития они еще не в состоянии понять декларативного содержания слов матери. Таким образом, видимо, важную роль играют просодические компоненты речи матери (такие как интонация, мелодия, ритм, громкость), которые улавливают и передают младенцу его внутреннее и внешнее состояние, так что малыш чувствует, что его эмпатийно поняли.

Большое значение имеет также синхронность, взаимность и реципрокность во взаимодействии матери и младенца: если взаимодействие было чрезмерно синхронным или в значительной степени асинхронным с малой долей реципрокности, то такие дети в возрасте одного года чаще отличались ненадежной привязанностью. Напротив, когда взаимодействие характеризовалось наличием стадий синхронного и обоюдного обмена в общении между матерью и ребенком, наряду с так называемыми «недоразумениями» (недопониманием) во взаимодействии, которые замечались и исправлялись матерью, то у детей закономерно присутствовала надежная привязанность. Эти результаты указывают на то, что формированию надежной привязанности особенно способствует средняя степень ритмической координации последовательных интеракций между матерью и младенцем. Совершенная синхронная коммуникация, очевидно, не является оптимальным условием эмоционального развития. Наоборот, воспринятые и исправленные случаи недопонимания могут положительно сказаться на формировании привязанности, способствуя развитию отношений матери и ребенка, если выражены не настолько ярко, что взаимодействие полностью прерывается или даже начинает терять свою целостность» (с. 56-57).

О важности «оптимальной фрустрации» психоаналитики писали множество раз, писали применительно и к психическому развитию в диаде мать-младенец, и, в особенности, — в диаде аналитик-пациент. А вот о пользе непреднамеренных и исправленных ошибок если и писали, то крайне редко. Как принято говорить среди российских чиновников: мы это делаем крайне редко, а чаще всего — никогда.

Collapse )

Интересно: сколько стоит психотерапия?

Оригинал взят у probonoalliance в Интересно: сколько стоит психотерапия?
Средняя стоимость индивидуальной психотерапии в разных странах
(по информации из частного общения с коллегами)
СтранаСтоимость консультации, руб. Стоимость в нац. валюте
Россияот 500 до 5000 рублей(в мегаполисах консультации
могут стоить и 15000)
Украинаот 455 до 1500 рублей120-400 гривен
Латвияот 300 до 2800 рублей5-50 Ls
Нидерландыот 3000 до 5200 рублей€76-130
Германияот 3000 до 5200 рублей€76-130
СШАот 1500 до 4700 рублей$50-150
Японияот 2000 до 5200 рублей¥5000-13000
Источник: http://appme.ru/forclients.html